Гранбелм

Луна в ту ночь была полной и холодной. Манака Нацуки, обычная школьница, чувствует себя потерянной в собственной жизни. Она не видит в себе ничего особенного, никакого таланта, никакой цели. Её мир — это серая повседневность, пока она не натыкается на странный кубик, светящийся лунным светом. Прикосновение к нему разрывает ткань реальности. Манаку переносит в параллельный мир, где на фоне привычных городских пейзажей разворачивается нечто невообразимое. Девушки в причудливых доспехах сражаются на гигантских механических куклах, извергая магию и сталь. Это Гранбелм — древний турнир, где маги-махи сходятся в поединках за право стать единственным Верховным Магом. Манака, сама того не ведая, оказывается втянутой в эту тысячелетнюю войну. Её партнером становится загадочная и отстраненная Куроэ Сидзуки, девушка, для которой этот турнир — не игра, а вопрос выживания. Для Манаки это шанс. Шанс наконец-то стать кем-то, обрести силу, доказать свою значимость. Но цена такого шанса оказывается чудовищной.

Сражения в Гранбелме — это не просто яркое шоу. Каждая битва выворачивает души наизнанку, обнажая самые потаенные страхи и желания участниц. Арфы, магические механизмы, оживают от эмоций своих пилотов, становясь то орудием ярости, то щитом отчаяния. Манака, управляя своим Арфом, поначалу видит в турнире лишь путь к самоутверждению. Однако с каждым новым противником она понимает, что за маской соперничества скрываются настоящие драмы. Одна борется за спасение семьи, другая — за право на любовь, третья — за искупление прошлого. Куроэ молча несет свое бремя, а её холодность — лишь панцирь, скрывающий глубокую боль. Манаке предстоит осознать, что истинная сила рождается не из желания быть лучше других, а из принятия себя со всеми своими несовершенствами. Финал турнира приближается неумолимо. Победитель получит всё, а проигравшие будут стерты из памяти мира. Манаке придется сделать выбор: стать вершительницей судеб, подчинившись жестоким правилам Гранбелма, или найти свой, третий путь, где победа измеряется не уничтожением, а сохранением чего-то хрупкого и человеческого в себе и других.