Грисайя: Призрачный курок

Каззики Юдзи человек без прошлого. Вернее, оно у него есть, но это сплошное белое пятно, выжженная пустота, где должны быть воспоминания. Он живёт в странном заведении — «Михама», не то школа, не то приют для таких же, как он, девушек с искалеченными судьбами. Они несут на себе груз невероятных, почти сверхъестественных способностей, каждая - живое оружие, сломанное миром. Юдзи не психолог, не спаситель. Он «хранитель». Его работа быть якорем, точкой опоры, тем, кто не даст этим хрупким и опасным существам разлететься на осколки. Он слушает. Наблюдает. Готовит завтрак и гасит тихие внутренние бури. Кажется, его жизнь нашла жёсткий, но понятный ритм в этой хрупкой идиллии. Пока в дверь не стучится призрак. Вернее, целая организация, породившая этих девушек. Они хотят своё оружие обратно. И Юдзи, этот человек без памяти, внезапно понимает: чтобы защитить свой новый, хрупкий мир, ему придётся вспомнить, кем он был. А был он лучшим. Профессионалом, для которого приказ — закон, а цель — всего лишь мишень. Его прошлое — не пустота. Это курок, уже взведённый.

Тихое противостояние в стенах «Михамы» взрывается чередой беспощадных столкновений. Каждая операция по похищению девушек — это не просто нападение. Это хирургический удар по душевным ранам Юдзи, проверка его новой сущности на прочность. Он больше не может быть просто наблюдателем. Призраку из его старой жизни приходится снова брать в руки оружие, шепча про себя забытые тактические коды. Каждая битва — это двоякая агония. Он сражается не только с внешним врагом, но и с монстром внутри, с той холодной эффективностью, что дремала в его мышцах и памяти. Девушки из «Михамы» — уже не просто подопечные. Они становятся его причиной, его слабым местом и его главной силой. Их доверие, их страх, их робкая надежда — вот что теперь определяет линию огня. Финал здесь — не громкая победа. Это тихий, выстраданный выбор в клубах дыма и под вспышками выстрелов. Выбор между тем, кем его сделали, и тем, кем он решил стать. Между призраком с курком на спуске и человеком, нашедшим, наконец, что защищать.