Теннис 8 10 серия

Обычный школьный день заканчивается для Рёмы Эчидзена так же скучно, как и начинается. Он возвращается домой, открывает дверь в свою комнату и замирает. На кровати, развалившись с видом полного хозяина, лежит незнакомый мужчина в помятой футболке. Рядом валяется пустая банка из-под пива. Этот тип не просто вломился в чужое пространство. Он заявляет, что теперь будет здесь жить. И зовут его Нанамидзи, тренер по теннису. Рёма в шоке. Он пытается протестовать, звонит отцу, но тот лишь невозмутимо подтверждает: да, это мой старый приятель, пусть поживет. Так в размеренную жизнь парня врывается хаос в лице наглого, вечно голодного и абсолютно непредсказуемого взрослого. Нанамидзи не спрашивает, хочет ли Рёма играть в теннис. Он просто берет ракетку и на корте показывает, что такое настоящая игра. Это не школьные кружки с их правилами. Это скорость, граничащая с безумием, удары, которые не видны глазу, и философия, сводящаяся к простому принципу: побеждает сильнейший. Сквозь раздражение и непонимание Рёма начинает чувствовать азарт. В нем просыпается что-то забытое, какое-то давнее желание биться всерьез.

Они становятся странной парой: угрюмый, замкнутый подросток и его шумный, эксцентричный наставник, который учит не столько технике, сколько особому состоянию ума. Нанамидзи называет это «Восьмым». Это не физическое измерение, а внутренняя зона, куда можно попасть, полностью отбросив сомнения и слившись с игрой. Чтобы достичь этого, Рёме приходится ломать собственные пределы снова и снова. Каждая тренировка — это испытание на прочность, каждый спарринг — столкновение с новой, пугающей силой. Появляются и другие игроки, каждый со своей историей и демонами: одержимый соперник из прошлого Нанамидзи, таинственные спортсмены, владеющие почти сверхъестественными ударами. Короткая сетка на корте превращается в поле битвы, где решается больше, чем просто счет. Здесь сталкиваются амбиции, страхи и невысказанные мечты. Рёма медленно меняется. Его удары становятся острее, взгляд — цепче. Он учится не просто отбивать мяч, а читать игру, предвидеть, чувствовать противника. И в какой-то момент, в пылу матча, когда тело работает на автомате, а сознание кристально чисто, он на миг касается того самого «Восьмого». Это лишь мгновение, вспышка. Но его уже не вычеркнуть. Путь только начинается, и впереди — бесконечная череда кортов, сильных соперников и ударов, которые меняют всё.