Евангелион нового поколения: Смерть и перерождение

Синдзи Икари сидит в кабине Евангелиона, и его пальцы дрожат на штурвале. Он не хочет лезть в эту мясорубку, но Аска уже избивает Ангела на улицах Токио-3, а Рей молча ждет приказа. Монстр с геометрическим ядром плюется плазмой, и город плавится за бронированными стенами убежищ. Синдзи слышит в наушниках голос отца: холодный, безжалостный, словно командир говорит с солдатом, а не с сыном. Парень сжимает зубы и бросает машину в бой. Кабель питания натягивается до предела, синхронизация скачет, но он врезает кулак прямо в лицо твари. Кровь Ангела разъедает асфальт, и Синдзи выдыхает, чувствуя, как внутри все переворачивается от страха и злости. Он не герой. Он просто мальчишка, которого заставили драться.

Мисато Кацураги наблюдает за мониторами в командном центре. Она сжимает банку с пивом, но не пьет. Ее глаза прикованы к показателям синхронизации пилотов. Аска кричит в коммутатор, требуя поддержки, Рей молча перезаряжает оружие, а Синдзи застыл в ступоре после удара. Мисато знает: если она ошибется сейчас, дети умрут. Она отдает приказ на смену тактики, и ее голос звучит жестко, почти грубо. Ангел меняет форму, адаптируется, и старые схемы перестают работать. Приходится импровизировать. Мисато видит, как Синдзи снова поднимает Евангелион, как Аска покрывается потом от напряжения. Она не может им помочь. Только направлять. И молиться, чтобы они выжили.